Category: животные

Category was added automatically. Read all entries about "животные".

M2017_20


28.08.17.

Ветер наметает песок в палатку. Все, кажется, плохо выспались, так как ветер ночью сильно хлопал палатками. Я вроде ничего. Десятый час. Проснулся Артюшин, сидит на бампере и расчёсывает свою бороду.

Ветер стих. Вроде как решено пока остаться на этом месте. Надо наловить еще дипусов.

Валера спросил меня, нет ли у меня музыки накачать ему на телефон. У меня много разной, но ему ничего не понравилось. Спросил меня, кто такой Бах.

Артюшин притащил из пустыни дзереньи рога. Точнее, рог.

Жарко. Лежим под тентом, смотрим на ноутбуке фильм BBC Life Story с эпизодом про наших тушканчиков, который снимали в тринадцатом году.

Теперь все просто спят — расползлись кто куда, кто под тентом, кто в тенёчке за машиной... Пойду-ка и я полежу.

Беспрецедентно тёплый вечер. Совсем нет ветра. Сейчас поедем ловить тушканчиков.
Ушастый в качестве фонового вида — это прикольно. Но дипусов тоже поймали. Очень тепло и безветренно. Ложусь спать на улице. Звёзды.





Collapse )

...

Меня часто спрашивают, отпускаем ли мы пойманных зверей. Отвечаю. В большинстве случаев от пойманного животного берётся печень (на анализ ДНК) и череп (в музейную коллекцию). После этого зверька, в принципе, конечно, можно и отпустить, но обычно не имеет смысла.

И, кстати, дисклеймер: я никогда не ассоциировал себя с хомячком. Почему-то многие считают, что если человек занимается хомяками, то он и сам должен быть как хомячок. Я с ними много имел дела, они для меня многое в жизни символизируют, но чтобы считать себя одним из них… Хомячки для меня скорее — такие маленькие глупенькие котлетки. Милые, симпатичные, но котлетки.


M2017_15


23.08.17.

Альтиколы на скале над нашим лагерем просто кишат. Пофотографировал. Симпатичные они все-таки. Пушистенькие. Носятся друг за другом с пучками травы в зубах.

Едем. Сегодня прям жарко. А вдалеке все время маячат какие-то заснеженные вершины.

Шаргинская котловина. Щебнистый аэродром диаметром сто километров, окружённый горами. Миражи. Новый асфальт, ведущий в город Алтай.

Остановились в старом месте в двадцати километрах от Алтая, где когда-то поймали монгольского хомяка. Коллеги, которые в "Егере", говорят, что нас здесь встречала лиса — шла за нами по склону, какая-то особенно рыжая и пушистая. Я не видел, честно говоря. Ну, встречала, так встречала, хорошо.

Долго объяснял Валере, что небо крутится против часовой стрелки, потому что Земля — по. Если смотреть на север. Не знаю, понял он, или нет.

Сходил половить тушканчиков. Поймал одного Allactaga. Стилодипусов велено не брать, но я принёс одного, так как лучше все равно ничего не нашел. Отпустить всегда можно.





Collapse )

M2017_9


17.98.17.

Баян-Нур. Не потому баян, что мы здесь уже когда-то были, а в переводе "богатый". Всё так же, как раньше, только трава съедена сильнее. Ночью ездили ловить тушканчиков в барханы. Ходить вверх-вниз очень тяжело, только Лебедев поймал одного. А на обратном пути с машины наловили целую кучу. И зачем мучали себя два часа? Видели зайца. Лисьи следы. Лунная дорожка над озером.

Ночью волки выли. Сегодня стоим на месте. На солнышке тепло, ветерок прохладный.

Обрабатывают зверей. Ундрах работает с тушками, Банникова регулярно выдает что-то вроде "скажите мне пол Ундраха", " Дайте мне труп Ундраха"... Ундрах, бедный, сидит и ничего не понимает.

Валера наловил в озере османов, жарит.

На озере крачки, нырки, чомги.

Фотографировал лонгикаудатуса. У меня его фотографии сделаны в одиннадцатом году в этом самом месте, и не очень удачные. Получилось опять не очень.

Вечер. Коллеги выпускают лишних летучих мышей. Подбрасываешь её эдак — и полетела. Вот это я понимаю, это вам не голубей выпускать.








M2017_5


13.08.17.

Поймали два вида летучих мышей. С утра пасмурно.

Оба наших монгола — левши. Я у них типа третий.

Да, ещё вчера по пути видели лису. Прямо днем. На дороге. Довольно пушистая для лета. Курганников традиционно много. Про коршунов, конечно, говорить не надо. Много полевки Брандта. Чуть ли не колесами их давишь.

Всегда для меня постоянные дневные перегоны были мучительны. А сейчас даже хорошо — не надо думать, чем себя занять днём. Едешь, смотришь в окошко и думаешь о своём.

Приехали в пески Алтан-Элс. Вроде собираемся тут постоять денёк. Поставили ловушки.

Идем ловить тушканчиков. Мы вообще-то в этом году едем в основном за тушканчиками. Из всех мелких млекопитающих это, вероятно, самый интересный объект с точки зрения азарта ловли. Экшн. Ходишь ночью по пустыне в темноте, светишь во все стороны фонарем. Бродишь, бродишь... Увидишь зайца, иногда лису, вспугнёшь какую-то птицу... Вот под кустами норы, на песке следы... И вот мелькнёт в луче фонаря маленький забавно прыгающий зверек. Прыгать они могут быстро. Тут его надо срочно догнать, но при этом не испугать, иначе он припустит так, что поминай как звали. Надо подкрадываться. Но как подкрадываться к быстро убегающему зверю? В одной руке фонарь, в другой — сачок. Гонишься за ним, он петляет, надо не споткнуться о колючие кусты, по сторонам смотреть некогда, взмах сачком — промах, он уходит, снова погоня, главное — не потерять его из виду, вот уже близко, бах сачком по земле — промах, снова бах — и вот он бьётся под сачком, тыкаясь во все стороны в сетку...

Ну, пошли. Небо полно звёзд. Всё-всё видно. Лебедев поймал четырех дипусов. Я — ни одного. Я что-то делаю не так? Выяснилось, что мне дали недостаточно яркий фонарь. Зато я поймал хомячка. Роборовского. Сачком.

Август — сезон падающих звёзд. Когда долго ходишь ночью под таким небом — так и сыплются. [censored...] короткое — легко успеть произнести.





Collapse )

M2017_1


04.08.17.

В поезд вчера загрузились на удивление довольно успешно. Вагон у нас какой-то почти пустой — только ещё в двух-трёх купе кто-то есть. Барахла, конечно, у нас много, ну, собственно, ради чего мы и едем поездом. Самое смешное, что мы везём с собой скелет жирафа. Ещё раз, по буквам: СКЕЛЕТ ЖИРАФА. В купе. Вы представляете себе, какого размера жираф? Так вот, полный скелет жирафа распихан по двум огромным сумкам и едет с нами. Это длинная история, в Улан-Баторе есть один мужик, у которого наш музей выпросил в своё время скелет лошади Пржевальского. В обмен на скелет жирафа. Понимаете, в Монголии нет жирафов. Это, вероятно, будет единственный скелет жирафа во всей Монголии. У этого мужика там какие-то коммерческие соображения по его использованию, и вот мы… Это, конечно, контрабанда. То есть мы должны прятать ЭТО от таможенников. Я помню и знаю, как прятать живых хомячков. Как прятать пробирки с образцами. Как провезти бутылки со спиртом. Но, чёрт возьми, скелет жирафа! Таможенники на границе здесь реально лазят по сумкам. Ладно, посмотрим. Сюр какой-то.

У проводника версия, что мы едем искать динозавров. Наверно, это неплохая априорная гипотеза — исходя из имеющейся у него информации. Мы странные люди со странным барахлом, не похожие на простых туристов (а в этом поезде ездят в основном туристы, подчас из довольно экзотических стран). Так что это за странные люди едут в Монголию? Правильно, палеонтологи. Может, показать ему жирафа, и сказать, что это динозавр, — и мы едем его закапывать?..

Пермь. Коллеги с удивлением обнаруживают, что я не читал "Географ глобус пропил". Скачал, начал читать. Нравится.

Едем. За окном первый коршун, скоро их будет как грязи.

Говорят, на зверьках, которых мы будем ловить, давеча нашли гепатит Е. Ну и чума, разумеется, но это уж стандартно. Ещё можно очень неприятно заболеть эхинококкозом, но мне кажется, вероятность не такая уж большая, если мыть руки и не обниматься с местными пастушьими собаками (а с ними не особо пообнимаешься).


Андрей Журавлёв, "Летающие жирафы..."



«Летающие жирафы, мамонты-блондины, карликовые коровы...» Мамонты, похоже, таки действительно блондины, а якутские коровы — самые мелкие в мире. Ну ещё немного про птеродактилей — они почему-то названы «летающими жирафами». У них была длинная шея, и они летали, да. И вот ещё бонус — в этой книге наконец-то рассказывается про «четырёхкрылых динозавров», которые украшают название предыдущей. В остальном — такой же набор увлекательных историй, объединённых, в общем-то, только мотивом «что вижу, о том пою». Например, прекрасный очерк о розовой чайке, предваряющий главу об эволюции полёта, — к чему он? Тут и немного экологии розовой чайки, и тернистая история её изучения, и автор, прыгающий посреди болота в одном сапоге... А всё это, собственно, вот к чему: чайка летает. Ну, представьте: в книге про историю изобретения колеса вам вначале рассказывают, скажем, об отделке салона у Mazda 6. Нет, я не говорю, что это плохо, тем более, что написано действительно интересно. Если надо как-то охарактеризовать жанр — ощущение такое, что слушаешь какие-то рассказы автора, случайно оказавшись его соседом по самолёту, в котором он летит на какую-то конференцию. Или как-то очутившись рядом с ним у экспедиционного костра. Воон из-за того камня выглядывала россомаха, «...и тут мне вспоминается берцовая кость шерстистого носорога»... Рассказ о магнитном поле Земли сопровождается ссылкой — правда, не на публикацию, а на устный рассказ американского профессора, «с которым мы коротали время у скалистого обрыва реки Алдан в Якутии». После того, как мы узнаем, как зовут жену профессора, и о том, что он не смог как следует сварить рис в полевых условиях, рассказ о магнетизме продолжается.

Вообще, местами сильно смахивает на ефремовскую «Дорогу ветров», где тоже наряду с палеонтологией — куча впечатлений частного характера, художественных описаний природы и т. д. Но «Дорога ветров» всё-таки сильно отличается цельностью — как тематической, так и сюжетной.

Да, и так же, как в предыдущей книге, автор не жертвует лёгкостью изложения ради точности. Вот пример стиля: «Скорость химических реакций тем выше, чем выше температура, а значит, и темпы обмена веществ выше, и органические молекулы, включая гены, изменяются быстрее». Лично я бы в такой ситуации предпочёл написать «органические молекулы, включая те, в которых записана генетическая информация» или что-то в этом роде, но не спорю, что это длиннее и сложнее. Так, ещё местами проскакивают «стебли осоки и других диких злаков», опять смешаны понятия «хищники» и «хищные», «самые молодые и физически активные слои древесины» почему-то находятся «между корой и лубом»...

Список научпопа

Андрей Журавлёв, "Парнокопытные киты..."



«Дорогу — фантазмам!» — так озаглавлено коротенькое введение к книге А. Ю. Журавлёва «Парнокопытные киты, четырёхкрылые динозавры, бегающие черви...». Нет, «фантазмы» в данном случае не имеют отношения к фильму Дона Коскарелли, в их роли здесь выступают удивительные, необычайные, фантастические ископаемые существа, о которых может поведать палеонтология. «И немного фантазии. Совсем чуть-чуть.» — пишет автор.

Книга именно популярная — автор старается читателя завлечь и местами даже развлечь. Шутит, травит байки, и к тому же рассказывает множество действительно интересных вещей про древних животных. Правда, вот про парнокопытных китов, четырёхкрылых динозавров и бегающих червей в книге не будет практически ничего: первым посвящено несколько строчек, вторые упоминаются только на первой странице со словами «но жили на Земле организмы гораздо интереснее», в качестве «бегающих» же червей описывается такое: «Ну как подобное толстое создание с хоботом могло передвигаться на своих несуразных культяпках с коготками на самых кончиках, растопыренных в разные стороны? Его несколько более древние североевропейские и китайские родственники, названные ксенузиями (родовое название одного из таких существ — Xenusion), тоже отличались странным сложением — их лапки были столь длинными и тонкими, что годились, разве чтобы распластаться на поверхности».

Да, шутки шутками, а через все эти названия древних червяков в первой части книги придётся продираться всерьёз: ксенузии, экдисозои, палеосколициды, опистоконты, памбделурии, ханцеллорииды, лофотрохозои, эксцентротеки, лорициферы — не вздумайте перепутать, кто из них кто, потеряете содержательную часть, останутся одни воспоминания, что всё про какие-то «фантазмы»... Дальше будет легче, хотя и не всегда понятнее: если вы внимательный читатель, старающийся вникать во все причинно-следственные связи, то будьте готовы, что некоторые вещи объясняться не будут: если что-то объяснить сложно, автор этого просто не делает. Там же, где объясняет, старается, чтобы получилось попроще, иногда явно утрирует. Осведомлённый читатель поймёт, где немного притянуто за волосы, но ведь мы, кажется, не для него стараемся? В общем, меня не покидало ощущение постоянной небрежности текста, которая стала ценой лёгкости изложения. Я регулярно зависал и думал: это вот здесь косяк автора, косяк редактора, или это я совсем идиот, и ничего не понимаю? Можно спокойно проглотить, что у изотопа 12C в ядре 12 нейтронов, и читать дальше. А кто-то так и запомнит.

Такой вот, например, пассаж довольно типичен: «Получается, что в начале всего было грибоживотное и все мы — немного грибы». Ну да, рассказывается о заднежгутиковых — «грибоживотной ветви органического мира», да у нас были общие предки с грибами… Почему мы от этого «немного грибы»?.. Но звучит эффектно, да.

Или вот: «Оказывается путь к сердцу мужчины (равно как и женщины) и, что самое важное, к мозгу лежит через желудок. Именно там находится “микробный орган” — богатое и разнообразное сообщество из 100 триллионов (1014) бактерий, архей и других микроорганизмов (при том что собственных — человеческих — клеток во всём нашем теле насчитывается на порядок меньше)...». Известную пословицу, конечно, соблазнительно использовать. Но ведь нету столько микробов у нас в желудке, микрофлора желудка вообще крайне бедная. Имеется в виду, конечно, микрофлора кишечника, но для красного словца его можно и желудком назвать, да?

А вот здесь что имелось в виду? «То, что отличает их [завропод] от прочих обитателей суши, — очень длинная шея и хвост. Эти органы создавали значительную площадь для испарения влаги, то есть для охлаждения: у жираффатитана площадь поверхности шеи достигала 21,5 квадратных метра, хвоста — 16,5, у диплодока — 10 и 19 соответственно». Испарения влаги? Какой влаги? Это ж рептилии, кожа должна быть сухая... Нет, дело не в том, что они якобы вели полуводный образ жизни, автор прямо перед этим защищает идею, что они всё же были наземными. В общем, буду рад, если кто объяснит мне, чего я тут не понял.

«По правому северному борту речки протягивается иссиня-черная узкая полоска морских известняков. Они считаются единственными в Иберийских горах протерозойскими известняками, поскольку какие-либо органические остатки в них не найдены». Чувствую себя совсем тупым. Отсутствие органических остатков указывает на то, что это известняки? Или что они протерозойские? Почему?

«Азотистые и фосфорные соединения цветковые тоже запасают в больших объемах, чем голосеменные. У последних все уходит в обедненный этими веществами лигнин (древесину), которого у них по массе примерно в два раза больше». Найдутся ведь читатели, которые запомнят, что «лигнин» и «древесина» — это одно и то же, и будут ссылаться — доктор биологических наук написал, профессор...

«Основу кишечной микробиоты у растительноядных животных составляют анаэробные бактерии, отчасти жгутиковые простейшие и грибы. Поэтому одним из конечных продуктов пищеварения у жвачных является парниковый газ — метан, у сумчатых — водород, а у людей — азот и углекислый газ». Тут я завис надолго. Гуглил. Таки азот? Кишечная микрофлора у людей? Кто, кто вырабатывает у нас молекулярный азот?

«Однако синие фотоны несут больше всего энергии, хотя и встречаются реже других (на них и охотятся наземные фотосинтетики), а красные фотоны хотя и менее энергоемки, но обильны. Поэтому многие морские водоросли поглощают красные фотоны — частицы других цветов, в том числе зелёные, до них просто не доходят». Я знаю причину, по которой до водорослей могут не доходить именно красные лучи — на глубину приникает только высокочастотный свет. Или что-то другое имеется в виду?

«Более трети из примерно 23 тысяч наших генов — общие с бактериями (ещё треть мы разделяем с эукариотами в целом, 16 процентов — с животными, 13 — с позвоночными, 6 — с приматами, 0,16 — с неандертальцем)...». Цифры — это хорошо. Читатели любят цифры. Только вот как считаются эти «общие гены»? Это все общие гены? Тогда не понятно, почему с увеличением степени родства их число уменьшается. Или «общие гены с приматами» — это гены, которые общие только с приматами, но отсутствуют у других позвоночных? То есть у нас с неандертальцем около 37 (0,16% от 23000) общих генов, которых нет у шимпанзе, что ли?.. Вообще очень подозрительная цифра 0,16% — в литературе именно она приводится как оценка для степени различия генома человека и неандертальца. Совпадение?

«В свою очередь, астрофизики изобрели причину этой периодичности: двойную звезду Солнца — со зловещим именем Немезида, которая, обращаясь по очень вытянутой эллиптической орбите, пересекает облако Оорта — триллионное скопление комет, окружающее Солнечную систему, — и своим притяжением изменяет орбиты этих небесных тел». Я не астроном, но, по-моему, двойной звездой всё-таки называется система, включающая обе звезды. Если речь идёт о двойной звезде, то не Немезида — двойная звезда, а система Солнце-Немезида — двойная звезда. Я не прав? Буду рад узнать об этом больше.

«Змеи потеснили ящериц, а плацентарные млекопитающие — сумчатых: в позднемеловую эпоху на северных континентах, а позднее — в плиоценовую эпоху (3-4 миллиона лет назад), когда образовался Панамский перешеек, и в Южной Америке (уцелели те лишь в Австралии и на ближайших к ней островах)». Вот это вот извините. В Южной Америке они таки тоже уцелели, хоть и потеснённые. Некоторые очень даже неплохо себя чувствуют, и даже распространились в Северную Америку.

«Альфа-протеобактерия стала симбионтом около 2,1 миллиарда лет назад: к этому уровню приурочены древнейшие остатки настоящих клеточных организмов, то есть эукариот». «Настоящих клеточных организмов, то есть эукариот». Чёрт, здесь же дети — то есть, ну, люди же это читать будут!

«Ныне зоологи именуют их Amoebozoa, или общественными амёбами. По-русски они называются слизевиками из-за выделяемой ими слизи». Amoebozoa — это то же самое, что «общественные амёбы», так это надо понимать? Ага-ага.

«520-360 миллионов лет назад именно бесчелюстные господствовали среди позвоночных. Девонский период оказался для них переломным: из морей их вытеснили челюстноротые — рыбы и позднее их потомки (земноводные, пресмыкающиеся, птицы и млекопитающие)». Кто, как не птицы, вытеснили бесчелюстных из полюбившихся им морей? Это, впрочем, вряд ли кто воспримет всерьёз.

«Полностью растительноядным хищником является, например, большая панда, которая питается исключительно бамбуком». Автор хотел написать «растительноядным хищным»? Это было бы правильно. Я зануда? Названия таксонов с обозначением способа питания путать нехорошо.

Ну, и так далее. Ощущение, что прежде всего издательство сэкономило на редакторах. Большая часть шероховатостей не досталась бы читателям при хорошей редакторской работе. Корректор тоже местами халтурил, хотя не сильно. Зато бумага хорошая, интересные рисунки и оформление. В общем, такие дела.

Список научпопа